Врачебные записки.

Вся моя дежурная бригада на экстренных наркозах, принимаю очередного больного на пробуждение, подключаю к аппарату искусственного дыхания (ИВЛ), склоняюсь над другим-
— Серикжанов, открой глаза! Сожми руку! , — Больной пьяно смотрит на меня, вялое пожатие, мышечный тонус еще слабый, еще рано переводить на самостоятельное дыхание, но он умудряется улыбнуться мне глазами, приветственно шевелить пальцами рук, дескать доктор, я вас слышу. «Хороший, Серикжанов» думаю я, погладив его по руке.

Беру историю, иду к столу, но тут все кардиомониторы жалобно пикнули, и тишина. С ужасом думаю, все больные взяли и вместе умерли, вот так вот разом! Что за хрень? Тут понимаю, что не слышу шума от аппаратов ИВЛ! Черт! Отрубили свет! У меня 5 больных на ИВЛ! 3 из них тяжело больных ! Кого спасать? Секундный ступор проходит, стучу в стекло гнойной палаты, знаками показываю медсестрам мобилизоваться, своим- мешки амбу, быстро к больным, дышать!
— нас 3, мешков амбу тоже 3, больных на ИВЛ 5, что делать будем, Асель Тогжановна? — стали паниковать мед сестры
— вы обе, берете крайних, я беру 2 и буду дышать их по очереди, Серикжанова переводим на спонтанное дыхание!
Подлетаю к парню, хлопаю по щекам
— Серикжанов! Просыпайся! Глаза открой! Дыши давай! Серикжанов послушно начал шумно дышать через трубку, хватаю амбу, подбегаю к 2 больным, начинаю дышать. Так, что творится в гнойной? Там 2 медсестры и 3 больных на ИВЛ, черт! Движения суетливы, они растеряны. Знаками показываю более опытной, действовать как я, дышать 1 амбу 2 больных, вроде успокоились, тут как раз залетает в их палату ответственный, уф, могу не отвлекаться, что у меня? Черт! Серикжанов уснул и забыл дышать!
— кто еще свободен? — вижу санитарку — Хадиша, иди сюда! Потормоши больного! Ущипни его!
Хадиша нерешительно заходит в ремзал, не сразу понимает что надо, потом медленно подходит к больному и замирает.
— Хадиша, ущипни больного! Ты чего застыла? Хадиша, еб твою мать, посмотри мне в глаза! Хадиша медленно поднимает лицо, перекошенное в какой то судорожной напряженности с совершенно пустыми глазами.
— Хадиша ! Блять! Сейчас я разобью эту бутылку физ раствора о твою голову! Ущипни больного!
Хадиша вздрогнула и ущипнула улыбающегося Серикжанова, он , не прекращая улыбаться, закивал головой и задышал.

Порядок и стабильность были восстановлены, мы дышали, Хадиша периодично щипала больного, осталось дождаться подключения света. Свет дали на 17 минуте, когда затекли руки, и я не чувствовала насколько адекватно я дышу, когда мне казалось, что все таки мы кого то потеряем. Позже, собравшись всей бригадой, мы ,врачи , высказали благодарность санитарке, шутя, хвалили ее. Обласканная нашим вниманием, врачи редко обращаются напрямую к самом низшему звену в мед иерархии, она смущенно улыбалась.
— Хадиша, а вы чего тормознули вначале? Спрашиваю я
— ой, не знаю, я не могла двигаться, но спасибо вам, Асель Тогжановна, как крикнули, прям как мой муж, сразу так хорошо стало
— ваш муж на вас кричит?
— ну да, зато бьет редко!
— как? Он вас бьет?
— редко говорю, не чаще раз в дней 10
— слушайте, приведите его ко мне, я объясню ему, что нельзя так с женой себя вести
— ой, Асель Тогжановна, ну что за глупости вы несете!

Добавить комментарий

Your email address will not be published.

*