Знаете, а ведь такой я была не всегда, были времена, когда я от слова «хуй» впадала в полуобморочное состояние, словно зависший принтер, бессмысленно пережевывающий бумагу и перекатывающий её туда-сюда, я также перемыкала, мозги мои напрочь отключались и, кукольно хлопая глазами, таращилась, думая по кругу одну и ту же мысль «ну как же так?».

Не смотря на детальное знание анатомии и физиологии человека, помнится папа смутился, увидев случайно раскрытый атлас анатомии на теме «женская промежность», кашлянув и сказав «ну, учи, учи…», я даже слово «член» не могла подумать про себя, если оно не относилось к математике или не обозначало часть чего то. Вот такой я тургеневской девушкой пришла работать в реанимацию. В реанимации всем было плевать на мою ранимую душу, больные, не спрашивая какое это впечатление произведёт на меня, умирали, блевали, извергали фонтаны крови, доктора носились как угоревшие в попытках пресечь все эти безобразия, подгоняя, коммуницируя, отдавая приказы, споря, соглашаясь или нет, друг с другом, обильно используя матерную речь.
Через год, когда я пообвыкла к сверхнагрузкам экстренной медицины и прошла специализацию, незаметно впустила матерную речь в свой лексикон, внезапно обнаружив волшебные свойства, силу, энергию, быстроту передачи при высокой компактности смысла, придание особой убедительности аргументам, лёгкости — трагедиям, юмора — абсурду.

Часто, когда меня обуревают противоречивые эмоции, сильные диссонансы, мат — лучшее средство выплеснуть их. как например недавно один умнейший объект, вызывающий во мне восхищение и трепет и пробуждающий остатки недобитой тургеневской девушки, которая начинает мироточить из всех моих пор милотой и сдержанными улыбками, внезапно не согласился с одним моим предложением. Не согласие же что то разбудило во мне, воспитанное в жестких битвах на передовой экстренной медицины, нечто сильное и звериное, способное смести любое препятствие с пути, зная, что правота за мной.
И вот восхищение и трепет с одной стороны, негодование и злость с другой дали безумный коктейль эмоций, который я вылила, если не заорав, то с угрозой процедив в лицо благим матом, потряхивая обожаемый объект. Объект впрочем был неприлично доволен , чем меня бесил ещё больше.

Так что, дорогие подписчики, не стоит боятся и негодовать, что Асель Баяндарова пишет с матами. Мат ради матов не моё, я его использую как специю, которую если заменить, блюдо потеряет свой вкус. Как говорил Силачев Юрий Яковлевич, крутейший реаниматолог, все есть яд, все дело в дозировке. Правильно и в нужной дозировке в нужном месте мат может приукрасить речь, если она конечно изначально богатая.

Добавить комментарий

Your email address will not be published.

*